Сутра 23 (24). Он работает для пуруши

  • Умственная материя также, отражая бесконечное множество умственных впечатлений, становится инструментом Я и действует, как объединяющий агент.
    Бейли
  • Бесчисленные желания разнообразят ум, который есть комбинация многого,но он действует для другого [пуруши].
    Вивекананда (новый перевод)
  • Сознание, будучи сложным, своими бесчисленными желаниями действует для другого [Пуруши].
    Вивекананда (старый перевод)
  • Несмотря на пестроту бесчисленных впечатлений, Ум следует рассматривать,как существующий для другой цели, поскольку он действует как составной(самхат).
    Ганганадха
  • Разум накапливает различные впечатления, которые всегда в распоряжении Воспринимающего. Так происходит потому, что разум не может функционировать без силы Воспринимающего.
    Десикачара (Кришнамачарьи)

    Комментарий

    Высказывания о том, что единственная роль разума - служить Воспринимающему, повторяются и в дальнейшем.

    У разума нет своего собственного предназначения. Он не может действовать по своей воле. См. сутру 2-21.

  • Он (ум), хотя и наполнен бесчисленными васанами, существует ради другого — вследствие комбинированной деятельности.
    Загуменнов
  • Это [сознание], хотя и расцвеченное бесчисленными впечатлениями, [существует] для Другого, поскольку оно выполняет соединяющую функцию.
    Островская и Рудой
  • Из-за своей сложности сознание пёстрое и разнообразное от бесчисленных стремлений и мыслей, но это [существует] ради запредельного [Пуруши].
    Ригина
  • Несмотря на то, что ум испещрён бесчисленными впечатлениями (васанами), он действует для другого, ибо действует во взаимосвязи.
    Свенсон
  • Сознание, будучи сложным, своим желанием действует не прямо, а для целой группы желаний.
    Фальков
  • Хотя и расцвечен бесчисленными васанами, он действует для пуруши, так как он работает в соединении.
    Свами Сатьянанда Сарасвати

    Комментарий

    Ум состоит из бесчисленных васан и становится разнообразно ими окрашен. Но это происходит не ради него самого. Ум всегда работает для пуруши. Он всецело предназначен для реализации цели пуруши. Точно так же, как рабочий фабрики работает среди других фабричных рабочих и различных механизмов, но работает не для них, а ради своей семьи, подобным образом читта, хотя и окрашена бесчисленными отпечатками и желаниями, в действительности предназначена для [реализации цели] пуруши.
    Бесчисленные васаны не формируют цель или назначение ума.
    Точно так же, когда мы едим множество продуктов, какая-то часть из них усваивается в теле, а остальная выбрасывается, то в этом чае мы едим не для цели этих многочисленных продуктов, которые съедаются. Подобным образом читта существует не для васан, а для пуруши. Хотя господином или целевым назначением ума является пуруша, ум имеет множество васан только потому, что должен в результате многообразного опыта доставлять удовольствие пуруше.
    Васана ― это обычное, простое бессознательное средство [формирования] желания, которое безначально. Васаны ― это не скрытое желание. Это главная побудительная причина для всего творения на более низком плане. Они не действуют на более высоком плане высшего осознания. Следует понимать, что наш ум, который всегда крепко держится за объекты более низкого мира, наполнен всеми видами привязанностей, страданий, желаний и т.д. Ум имеет в качестве своей цели или назначения пурушу и ничего более. Поэтому духовным последователям, которые благодаря васанам подвержены привязанностям и мучениям, не следует испытывать пессимизм. Им не следует быть подавленными, когда в их уме работают васаны. Они должны понимать конечную цель паломника, а именно пуруши. Им следует иметь ввиду, что бесчисленные васаны служат существенной цели пуруши. Жизнь за жизнью, рождение за рождением ум продолжает переселение из одной сферы сознания в другую, от одного плана эволюции к следующему более высокому плану. Это происходит до тех пор, пока, в конце концов, не наступит момент, когда ум станет способным отразить в одно и то же время видящего и видимое, знающего и знаемое. Тогда это становится концом васан, потому что они выполнили свое назначение создавать бхогу для пуруши.

  • Несмотря на то что в ткань сознания вплетены многочисленные желания и подсознательные впечатления, в силу своей близости к созерцателю и к материальному миру, оно существует ради созерцателя.
    Айенгар Б. К. С.

    Комментарий

    Несмотря на то что сознание извечно затуманивается впечатлениями (самскарами), его цель – это не только удовлетворение желаний – порождений чувств, – но и освобождение (апаварга) души.
    Невидимая сила привязывает сознание и к созерцателю, и к природе. Сознание располагает всеми средствами, позволяющими ему прийти к созерцателю. И в то же время ему (сознанию) не присущи иные цели, кроме как служить своему Господину.
    Сознание обладает многочисленными устремлениями и впечатлениями, которые берут свое начало в памяти. Особенно выделяются среди них жажда удовольствий и жажда свободы от удовольствий. И то, и другое – желаемые впечатления. Отсюда становится ясно, что сознание, будучи связано как с материей, так и с духом, чувствует, что оно существует не ради самого себя, но ради пракрити и пуруши. Подобно тому как истинно верующий в Бога и любящий его преподносит ему пищу, одежды и другие дары, как если бы они имели ценность для Господа, сознание стремится удовлетворить своего Господина, предлагая ему все удовольствия этого мира. Очищаясь посредством йогической дисциплины, сознание йогина становится зрелым и озаряется. Сознание понимает, что для созерцателя удовольствия не представляют интерес, и начинает служить, отстраняясь от объектов окружающего мира. Теперь оно понимает свою внутреннюю ценность, осознает тривиальность чувственных наслаждений и встает на путь Самореализации. Будучи трансформированным, оно начинает путешествие к освобождению.
    Если кармы хорошие, они пробуждают любознательность и ориентируют ее на движение к кайвалье. Они вознаграждают усилия видением души. Йогические практики ускоряют этот процесс, начало которого – покорение тела, а завершение – видение души. Это освобождение.
    (См. I.41; II.18–19, 22–23; IV.18, 27.)